Общество, Политика

Как предотвратить торговлю людьми?

0 5

Согласно статистике, с каждым годом число жертв в Казахстане неумолимо растет сообщает корреспондент газеты «Наш Костанай» Александра Сергазинова.

Партнером Международной организации миграции в Костанае является Костанайский филиал «Казахстанская ассоциация по половому и репродуктивному здоровью».

Его координатор Александр Косюк рассказал о торговле людьми и о том, почему ее жертвы нуждаются в помощи.

— Вопрос торговли людьми в Казахстане был обозначен еще в 1996 году руководителем неправительственной организации из Кокшетау, которую возглавляет Галина Морозова. Тогда же НПО начали активную деятельность по защите жертв этих преступлений. Позже подключалось государство. У нас в стране есть государственные программы, которые так или иначе касаются торговли людьми?

— С 2001 года Международная организация по миграции (МОМ) начала реализацию большой программы по вопросам предотвращения торговли людьми в Республике Казахстан. Первый же государственный план по борьбе, предотвращению и профилактике преступлений, связанных с торговлей людьми, был принят в 2004 году.

Ежегодно проводится рейтинг государств, в котором они делятся на три подгруппы: те, которые достаточно делают по вопросу торговли людьми, те, кто делают, но недостаточно, и те, которые не принимают в этом никакого участия. В данном списке Казахстан раньше относился к третьей группе, то есть к бездействующим, но уже несколько лет мы входим во вторую – государство работает в данном направлении, но этого не всегда хватает для жертв торговли людьми.

Для того чтобы войти в первую группу, нужно прилагать еще больше усилий в деле помощи жертвам торговли людьми. Сейчас действуют республиканский и региональный планы мероприятий по борьбе, предотвращению и профилактике преступлений, связанных с торговлей людьми, на 2015-2017 годы. В его рамках открываются приюты на государственном уровне, разработаны стандарты оказания специальных социальных услуг для жертв торговли людьми.

— Как именно происходит сотрудничество государственных и неправительственных организаций в сфере противодействия торговле людьми?

— Сотрудничество налажено со всеми структурами. Если у нашей организации возникают сложности, мы обращаемся в межведомственную комиссию и эти вопросы решаем. Например, недавно нужно было оказать медицинскую помощь жертвам торговли людьми, мы обратились в управление здравоохранения, они связались с поликлиниками, и нас приняли абсолютно бесплатно. Также зачастую бывает, что жертва не имеет документов, регистрации и в поликлинике не могут оказать никакой помощи, кроме экстренной. А ведь у человека может быть серьезное заболевание. В таких случаях мы и прибегаем к помощи межведомственной комиссии. Кроме того, для получения профессии жертве, находящейся у нас в приюте, можно обратиться в соцзащиту, и их там обучают по программе «Дорожная карта занятости» бесплатно. Миграционная полиция всегда помогает нам с документированием, с этим никогда не возникает трудностей.

— Почему жертв трудовой эксплуатации становится все больше? Эта тенденция существует во всем мире?

— Да, рост числа жертв торговли людьми происходит, к сожалению, во всех странах. Во-первых, потому что этот нелегальный бизнес во все времена был самым прибыльным. Даже прибыльнее, чем торговля оружием и наркотиками, потому что в случае принуждения к труду не нужно пополнять запасы «товара». Взял человека и продаешь его каждый день. В США самый большой показатель преступлений, связанных с торговлей людьми. Она приносит колоссальный «черный» доход, кроме того, преступники находят лазейки в законодательстве и остаются безнаказанными. Торговля людьми у нас укреплена, помимо всего прочего, национальной самоидентичностью. У казахов раньше существовали баи, чернь. И в сознании людей, к сожалению, это до сих пор не изжито. И зачастую люди просто не могут оказать сопротивление. Например, у нас в шелтере есть молодой человек, который находился пять лет в трудовом рабстве в поселке Наурзумского района. Он выходец из интерната, поэтому даже возвращаться ему было некуда. До этого он искал работу, спал в подъездах, на вокзале, там его и нашли «работодатели».

— Александр Васильевич, как вы считаете, с чем связана низкая раскрываемость преступлений, связанных с торговлей людьми?

— Данное преступление тяжело доказать и в связи с этим за него очень редко наказывают. Зачастую дело даже не доходит до суда. Во-первых, торговля людьми — это преступление группового характера. То есть один вербует, второй перевозит, третий продает, четвертый эксплуатирует, перепродает. Получается целая цепочка, и ее звенья обычно находятся в разных местах, поэтому собрать все это воедино очень сложно. В Костанае мы в основном сталкиваемся с местной торговлей людьми, но чаще всего это межнациональная проблема. То есть в одном месте взяли, перевезли в другое, продали… Когда жертвы возвращаются, доказать, что именно там это происходит, практически нереально, потому что приграничного взаимодействия по торговле людьми между правоохранительными органами как такового нет. Существует также проблема в выявлении и расследовании, нет системной работы. Хотя преступление относится к особо тяжким, т.к. в результате жертвы получают физические и психологические травмы, происходит социальная дезадаптация.

— Что делает государство для того, чтобы защитить жертву торговли?

— Государством делается многое. Изменили законодательство, открываются приюты, распространяется информация через СМИ, сейчас сделали закон о компенсации, т. е. жертвы торговли людьми могут получить компенсацию в судебном порядке, в Южном Казахстане уже были такие случаи, а у нас по большей части дела до суда не доходят. Обязательно в этом законе о компенсации создание фонда, откуда жертва может получить моральное возмещение.

 — Кто, помимо государства и НПО, занимается проблематикой торговлей людей в стране?

 — С МОМ по республике сотрудничают 24 НПО. Организация очень помогает, в частности, нашему шелтеру. Без этого мы бы не «вырулили». Государственное финансирование подушевое, то есть если приют задействован полностью, то есть в нем проживают 10 человек, на которых он рассчитан, то средств достаточно. Но при неполной заполняемости финансирования не хватает ни на аренду, ни на штат. К примеру, в прошлом году в бюджете было заложено 4 млн тенге, а получили мы всего 2 млн 200 тыс. Но ведь от нас не зависит, сколько жертв торговли людьми проживает на данный момент. То есть можно сказать, что даже создание шелтера со стороны государства рассматривается как предпринимательская деятельность. По принципу: сегодня есть торговля – есть заработок, нет торговли – нет денег. А в такой сфере это недопустимо. В 2017 году финансирование началось только с февраля.

При обращении жертв в МОМ организация изыскивает средства и старается оказать содействие. Но в последнее время МОМ меньше оказывает материальную помощь непосредственно жертвам — гражданам Казахстана, т.к. по плану было рассчитано в сентябре 2016-го, что будет 75 жертв, но на данный момент их уже 110. Поэтому сейчас они помогают по большей части жертвам — нерезидентам Казахстана. Государство же оказывает помощь только своим гражданам либо тем, кто проживает на его территории уже много лет. Соответственно, в случае, если жертвой становится иностранец, то помощь от государства ей не предоставляется, приходится рассчитывать на содействие от Международной организации по миграции. Например, у нас была девочка, подвергшаяся сексуальной эксплуатации. Она гражданка России, мы не имели права заселить ее в наш шелтер. Обсуждали этот вопрос с соцзащитой, ее никто не хочет регистрировать, а мы не можем это сделать.

— Это пробел в законодательстве?

— Она гражданка России и подверглась сексуальной эксплуатации в нашей стране. Соответственно, расследование надо вести здесь. Мы могли бы отправить ее домой, но она нужна здесь для следствия, а в приют мы ее поместить не можем. Получается, где хочешь – там и живи. В таком случае на помощь приходит Международная организация по миграции. Еще один пример – в Кызылорде из рабства высвободили 27 граждан Узбекистана. Во время следствия МОМ оказала им содействие и после суда всех отправили на родину. Если бы не эта организация, их бы просто депортировали за нарушение миграционного законодательства.

— Предусмотрена ли защита и реабилитация жертв торговли людьми, независимо от того, обратились они в правоохранительные органы или нет?

— Защита жертв торговли людьми, согласно КоАП, предусмотрена только для тех, кто непосредственно обращается за помощью с заявлением. Они имеют право находиться у нас в приюте и без заявления, но прежде чем заселить его, мы проверяем всю информацию. У нас был случай, когда мужчина пришел, сказал, что он жертва торговли людьми. Однако в ходе беседы не подтвердилась никакая информация, вплоть до его фамилии. Соответственно нам пришлось ему отказать.

— Созданы ли все условия для возвращения жертв торговли людьми в социальную среду?

— Да, мы возвращаем. И полугода нахождения в шелтере вполне достаточно для этого. Но если бы они знали, что преступника наказали, то чувствовали бы себя гораздо увереннее.

— Какие проблемы в сфере борьбы с торговлей людьми есть сегодня?

— На мой взгляд, немного недоработаны стандарты. В теоретическом плане они отработаны от и до, но вот на практике возникают проблемы. Но теория должна подкрепляться правильным финансированием. Если у нас прописаны услуги, то и финансирование должно покрывать расходы по всем статьям, а это происходит только при полной загруженности шелтера. Если бы государство пошло навстречу и выделило помещение для подобного рода приютов, то нам не пришлось бы оплачивать аренду. Мы могли бы планировать какие-то долгосрочные вложения. Охрана у нас не заложена, а это тоже очень важно, чтобы бывшие жертвы торговли людьми чувствовали себя в безопасности. Но основная проблема, конечно, состоит в том, что подобные дела не доходят до суда. Проблема также присутствует в выявлении таких дел.

Сегодня, к сожалению, статистика преступлений, связанных с торговлей людьми, не радует. Только в Казахстане эта цифра составляет 110 случаев с сентября 2016-го. Явление будет исчезать только тогда, когда будет достойное наказание, которого, к сожалению, в этой категории преступлений сегодня добиваются крайне редко. Возможно, дела данной категории стоит поставить в раздел по управлению спецпрокуроров, которые должны вести их, создать незаинтересованное ведомство? Это помогло бы исключить возможность заинтересованности любого другого ведомства, соответственно, снижаются коррупционные риски. Преступники идут на этот нелегальный бизнес, обходя закон и чувствуя собственную безнаказанность. В системности работы пока, к сожалению, НПО заинтересованы больше, чем государство.

К сведению

Данный материал стал возможным благодаря поддержке американского народа через Агентство США по международному развитию (USAID). Международная организация по миграции (МОМ) несет ответственность за материал, который не обязательно отражает взгляды USAID или Правительства США.

Мнения, изложенные в представленном материале, принадлежат автору(-ам) и не обязательно отражают точку зрения МОМ или ее стран-участниц. Используемые обозначения и форма представления материала не являются выражением какого-либо мнения со стороны МОМ относительно правового статуса каких-либо стран, территорий, городов или районов или их управляющих органов или относительно делимитации их границ.

В своей деятельности МОМ придерживается принципа, согласно которому гуманная и упорядоченная миграция должна приносить пользу мигрантам и обществу. Будучи межправительственной организацией, МОМ, совместно со своими партнерами по международному сообществу, осуществляет деятельность, направленную на решение оперативных задач в области миграции, содействие пониманию вопросов, связанных с миграцией; стимулирование социально-экономического развития через миграцию и защиту человеческого достоинства и благосостояния мигрантов.

top-news.kz

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Опросы

Поддердиваете ли Вы мнение лидера партии "Ақ жол" Азата Перуашева о строительстве массового, народного жилья?

Смотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...
Яндекс.Метрика